Часть III. Лидерами не рождаются, ими становятся

Глава 2. Мы – то, что привычно делаем

Добродетель – результат привычки.
Аристотель

Добродетель – это привычка. Подобно всякой привычке, она приобретается путем повторения. Если, например, нам часто случается поступать мужественно, то это скоро станет нашим привычным образом действий.

Длительное повторение не нужно, когда люди оказываются брошенными в обстоятельства, что требуют героического выбора. Напряженность ситуации и щедрый ответ на нее способны изменить характер человека.

Чем больше мы упражняемся в добродетели, тем прочнее она становится. Человек не может утратить привычку в один день. Один трусливый поступок не делает из него труса. «Тот еще не злодей, кто этого хочет!» – говорит Виолен Пьеру де Краону в пьесе Поля Клоделя «Извещение Марии». Злодей – тот, кто обычно поступает злодейски, а не тот, кто раз в жизни совершил злодейство.

Под воздействием добродетелей поведение человека становится стабильным, оно перестает быть лишь реакцией на внешние раздражители. Человек действует мужественно не только в чрезвычайных ситуациях, но и в повседневности. Добродетель – это не что-то вроде таланта, используемого по мере надобности; она присутствует всегда, в любых обстоятельствах. «Какой у тебя неровный характер! – пишет Эскрива. – Ты – как расстроенный рояль: хорошо звучат ноты высокие, низкие – но не средние, созвучные повседневной жизни. А их и слышат люди»[1]. Повседневность – вот контекст упражнения в добродетели.

Поскольку добродетель – это привычка, нужно рассмотреть целиком всю жизнь знаменитых людей, чтобы решить, кто из них достоин подражания. Конечно же, необходимо искать свидетельства великих поступков, но важнее – обнаружить добродетельные поступки в общественной и частной сфере, совершаемые в течение всей жизни. Многие люди способны совершить несколько добродетельных поступков, но несколько добродетельных поступков – это еще не добродетель.

Лидерство – свойство характера, а не темперамента

Личность человека состоит из темперамента и характера. Темперамент – дар природы, врожденная склонность. Есть меланхолики и холерики, сангвиники и флегматики. Мы рождаемся с определенным темпераментом, который невозможно изменить: мы умрем с достоинствами и недостатками нашего темперамента. На основе темперамента мы строим характер. Характер – взращенная склонность. Характер состоит из нравственных добродетелей. Добродетели – это нравственные привычки, духовные силы, приобретенные практикой. Мы не рождаемся с характером, мы строим его.

Лидерство – вопрос характера, а не темперамента. В лидерстве все темпераменты одинаково представлены. Александр Суворов, Петр Столыпин, Александр Солженицын, Хосемария Эскрива и апостол Павел – холерики; Авраам Линкольн, Мартин Лютер Кинг, мать Тереза и пророк Моисей – меланхолики; Томас Мор, Корасон Акино и царь Давид –сангвиники; Робер Шуман, Дарвин Смит, Жером Лежен и патриарх Авраам – флегматики [2].

Поскольку добродетель – привычка, приобретаемая через практику, мы можем сказать, что лидерами не рождаются – ими становятся.

Темперамент способствует формированию одних добродетелей и мешает развитию других. Если от природы ты – страстный, горячий человек, тебе будет легко упражняться в смелости. А если ты сдержан и застенчив, смелость будет для тебя вызовом. Но осознав необходимость взращивать в себе смелость и поработав над собой, ты трансформируешь свои биологические недостатки в нравственную силу. Американский бизнесмен Дарвин Смит (генеральный директор компании Кимберли-Кларк) и французский политик Робер Шуман (политический основатель Евросоюза) были застенчивы, но они компенсировали этот биологический недостаток, воспитав в себе нравственную смелость.

Добродетели налагают на темперамент отпечаток характера[3], так что темперамент уже не господствует над нами. Человек, лишенный добродетелей, будет рабом своего темперамента. Эскрива выразил это так: «Не говори: “Меня не переделаешь… такой у меня характер…” Нет, это не характер, это – недостаток характера»[4].

Возьми свою жизнь в собственные руки. Если ты гневен, упражняйся в самообладании; если ты похотлив – практикуй чистоту.

Добродетели регулируют темперамент. Импульсивный человек, вдохновленный добродетелью благоразумия, становится более рассудительным. Нерешительный, вдохновленный той же самой добродетелью, перестает мешкать и начинает действовать. Добродетели стабилизируют личность, уберегая ее от крайностей.

Таким образом, лидерству препятствует не темперамент, а недостаток характера, недостаток нравственной энергии и свободы.

Вызов свободы

Мы осуществляем свободный выбор быть теми, кем становимся. Если мы выбираем добродетель, то становимся людьми характера; если мы выбираем порок, то будем вести ничтожную жизнь; если же мы идем на компромисс, то будем посредственностью.

Детство и подростковый период имеют большое влияние на тот выбор, который мы совершим впоследствии в тех или иных ситуациях. Родители учат нас отличать добро от зла и выбирать добро (по крайней мере, им следует это делать). Но одно лишь воспитание не предопределяет характер. Бывает, что дети, воспитанные в одном доме, используют свою свободу по-разному и оказываются разными людьми. Большевик Яков Свердлов, организатор красного террора, расказачивания и убийства царской семьи, имел мало общего со своим старшим братом Зиновием, ставшим генералом французской армии. Рональд Рейган был совсем другим человеком, чем его брат Нил, который был старше его на два года. С раннего возраста Рональд восхищался своей матерью – ее выдающимся характером и глубокой верой – и решил подражать ей. Нил решил подражать отцу…

Свобода бьет непрерывным ключом, и благодаря ей мы продолжаем расти и тогда, когда достигли зрелого возраста. Иногда у взрослых появляется сильное желание жить в добродетели, и они решают обрести то, что прошло мимо них в детстве.

Как и темперамент, наша культурная среда может способствовать или препятствовать развитию определенных добродетелей. В обществе, где царит чувственность, нелегко культивировать самообладание и мужество. В обществе, которое формирует людей сдержанных и не склонных говорить то, что они думают, нелегко быть искренним. Там, где люди признают одни эмпирические данные в качестве основы своих убеждений, трудно быть благоразумным.

Трудно практиковать добродетель в сегодняшнем культурном контексте, но это возможно. Умение говорить «нет» дает нам большую силу. Мы свободны решать, до какой степени позволим культуре воздействовать на нас. Если мы выбираем добродетель, то сумеем взять хорошее и отвергнуть дурное. Чем глубже мы укореняемся в добродетели, тем более вероятно, что мы сможем изменить культуру, а не просто защищаться от ее разрушительного влияния.

Нина Аносова дает нам хороший пример того, что среда – вовсе не главная детерминанта человеческой судьбы и что решающую роль играет характер[5].

В 1920 г. три русские сестры: Наташа, Ксения и Нина – последовали за своими родителями в добровольное изгнание из Советской России. Семья переехала в Константинополь, затем – в Марсель, прежде чем окончательно обосноваться в Париже в середине «сумасшедших» 20-х годов. Хотя все три сестры получили одинаковое воспитание дома в Петербурге, каждая по-своему реагировала на либертинский дух, господствовавший во французской столице.

Наташа окунулась в гедонизм: она несколько раз выходила замуж за богатых бизнесменов и пользовалась всеми значительными материальными благами, которые мог предложить Париж.

Ксения выбрала выживание. Пораженная раком, она скромно влачила существование в тени болезни, которая унесла ее десять лет спустя.

Нина выбрала просто жизнь. Она встретила молодого русского эмигранта, который потерял родителей и все свое состояние во время гражданской войны. Когда он приехал во Францию, у него не было ничего, кроме добродетельного сердца и желания преуспеть. Павел и Нина стали моим дедом и бабкой со стороны отца. Они прожили долгую и плодотворную жизнь, но всё могло бы быть совершенно иначе. Нина могла бы впасть в гедонизм, как Наташа, или, подобно Ксении, просто выживать. Но выбрала она путь лидерства, великодушно служа семье и друзьям, Богу и стране до самой смерти в 1996 году.

Хотя все три сестры достигли зрелости в одной и той же культурной среде – Париже 1920-х годов, – каждая из них сделала свой собственный, индивидуальный выбор. Итак, среда – не главное, что предопределяет человеческую судьбу, – всё решает характер.

[1] Х. Эскрива, Борозда, 440.

[2]См. мою книгу «От темперамента к характеру», М. 2018.

[3] В переводе с греческого языка слово «характер» означает «печать», «отпечаток», «оттиск».

[4] Х. Эскрива, Путь, 4.

[5] См. Пока ещё ярок свет. Нина Аносова, М., Никея 2017.

От автора

Июль 3, 2016/от Alexandre

Введение: Лидерство – это характер

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть I. Величие и служение. Глава 1. Великодушие: Устремленность к великому

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть I. Глава 2. Смирение: Преданность служению

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть I. Глава 3. Просто сказать «нет»

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть II. Практическая мудрость и сила воли. Глава 1. Благоразумие: Принимать верные решения

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть II. Глава 2. Мужество: Держаться избранного курса

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть II. Глава 3. Самообладание: Господство духа и сердца

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть II. Глава 4. Справедливость: Коммуникабельность и взаимодействие

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть III. Лидерами не рождаются, ими становятся. Глава 1. Аретология: Наука о добродетелях

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть III. Глава 2. Мы – то, что привычно делаем

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть III. Глава 3. Единство добродетелей

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть III. Глава 4. Лидеры ума, воли и сердца

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть IV. Лидерство и самореализация. Глава 1. Нравственный облик лидера

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть IV. Глава 2. Добродетель и самореализация

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть IV. Глава 3. Ловушки нормативной этики

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть V. К победе. Глава 1. Воздействие христианской жизни

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть V. Глава 2. Практические шаги

Июль 3, 2016/от Alexandre

Эпилог

Июль 2, 2016/от Alexandre