Часть II. Практическая мудрость и сила воли

Глава 2. Мужество: Рисковать и держаться избранного курса

Похороните меня там, где меня убьют.
Петр Аркадьевич Столыпин

Как мы видели выше, в процессе принятия решений мужество играет важную роль: оно позволяет нам уважать реальность, преодолевать страх ошибиться, быстро исполнять свои решения и не отступать, когда на пути к цели возникают препятствия.

Но мужество нужно всегда и во всем, а не только в практике благоразумия. 

Самопожертвование ради справедливых целей

Мужество – не бесстрашие. Лучшие и самые отважные солдаты перед битвой испытывают страх. Иисус Христос испытывал такой ужас перед надвигающейся пыткой и казнью, что покрывался кровавым потом.

Иногда бесстрашие – результат неверной оценки реальности: мы не боимся потому, что не понимаем опасности. В таком случае опасна не только ситуация, но и мы сами.

Бесстрашие может быть еще результатом нездорового аскетизма, подавляющего всякие эмоции, в том числе страх. Но подавлять страх – то же самое, что и подавлять мужество.

Мужество – это проявление не всякой воли, а воли праведной; не всякой силы, а силы благой. Мужество – добродетель, т.е. сила, несущая добро и устремленная к нему. Мы мужественны, если наши цели и средства благоразумны и справедливы, т.е. не противоречат достоинству человеческой личности.

Многие люди просто восторгаются мощью некоторых бесовских начинаний. Им нравится сила, которую они порождают. Но эта сила – не мужество, а чистое насилие, плод ненависти и злобы. Ленин, Гитлер, Сэнгер, Мао Цзэдун – это нравственные пигмеи. В них нравственное чувство полностью подавлено. Бессмысленно назвать этих людей мужественными. Это сильные личности, правда, но не мужественные.

«Ни трудность, ни усилие не порождают добродетель, – пишет Пипер, – ее порождает лишь добро. Благоразумие и справедливость предшествуют мужеству. Только тот, кто справедлив и благоразумен, может быть мужественным»[1].

Недостаточно действовать по совести. Многие террористы действуют по совести. Мужество начинается тогда, когда мы воспитываем свою совесть посредством искренних и систематических поисков истины.

Выносливость: способность держаться курса

Для многих людей мужество – это в первую очередь смелость. На самом деле сущность мужества – это выносливость, т.е. способность держаться избранного курса. В выносливости проявляется самая сокровенная сила человека. Тяжелее сидеть несколько дней подряд в холодном сыром окопе, чем идти в атаку c барабанным боем и развевающимися знаменами.

В выносливости укоренена добродетель верности. Верность – качество человека, проверенного временем: обстоятельства меняются, но не изменяются его решения. Верный человек прочен – он не растворяется, не испаряется, не испепеляется на перепутьях жизни.

Настоявший лидер вынослив и последователен. Он не поступает безнравственно, оправдывая свою безнравственность всеобщей безнравственностью. «Все так делают» для лидера не аргумент и не оправдание.

Верный своей совести, Томас Мор, великий гуманист и лорд-канцлер короля Генриха VIII, отказался принести присягу, признававшую Генриха самопровозглашенным главой основанной им новой английской Церкви. Мор был обезглавлен. Хотя с ним жестоко обращались во время его пятнадцатимесячного заточения в лондонском Тауэре и несмотря на отчужденное отношение со стороны короля, епископов Англии, большинства друзей и всей его семьи (в том числе любимой дочери Маргарет), Томас остался верен своим религиозным убеждениям.

Одиннадцать покушений на жизнь Петра Аркадьевича Столыпина, премьер-министра Николай II, не остановили его в усилиях по реформированию российского крестьянства. Спустя несколько часов после того, как бомба террориста разорвалась во время приема в его доме, убив 27 человек и тяжело ранив 32, в том числе двоих его детей, Столыпин, хотя он едва пришел в себя после взрыва, отправился в свой кабинет, чтобы ночью поработать над проектом реформы. Россия была на грани катастрофы, и он понимал, что его долг как главы правительства заключался в том, чтобы продвигать всеобъемлющую реформу русской жизни. Для Столыпина благо нации перевешивало его личную скорбь: в результате террористического акта его четырнадцатилетняя дочь Наташа осталась на всю жизнь инвалидом. Он знал, что единственный способ уберечь себя и семью – это уход в отставку, но не намеревался идти на уступки террористам. Он написал в своем завещании: «Похороните меня там, где меня убьют». Его убил Дмитрий Богров – темная личность, связанная и с террористами, и с царской охранкой.

Александр Солженицын – потрясающий пример выносливости. Первый писатель нации, он пережил войну, тюрьму, ссылку, рак, все виды государственные травли, покушение на свою жизнь и вынужденное изгнание из своего отечества. Репутация Солженицына была высока дома и за границей, пока он ограничивался критикой Сталина, как, например, в ранней работе «Один день Ивана Денисовича» (1961 г.). Хрущеву эта книга понравилась, он же вел кампанию против культа личности Сталина. Книга понравилась и западным интеллектуалам, которые восхищались Октябрьской революцией, но считали, что Сталин предал ее. В своих последующих трудах Солженицын ясно показал, что он не принимает не только Сталина, но и Ленина, и Октябрьскую революцию. В результате он подвергся новым гонениям не только со стороны советского режима, но и со стороны легионов западных интеллектуалов, симпатизировавших делу революции. Когда Солженицын оказался в фактической ссылке на Западе, он встретился сначала с непониманием, а потом с ненавистью за отказ следовать господствующим в либеральном мире материалистическим трендам и лозунгам. Растущая армия его очернителей, неспособных принять правомочность мировоззрения, противоположного своему собственному, вскоре объявила его врагом всякой свободы и прогресса. К либеральной, как и к социалистической критике, Солженицын остался совершенно безразличен.

С конца 1960-х годов спор об абортах дал миру многих мужественных лидеров, которые с удивительной стойкостью отказывались подчиниться идеологическим лозунгам того времени. Открыв причину синдрома Дауна, Жером Лежен стал всемирно известен, был номинирован на Нобелевскую премию. Но вот 1-го октября 1969 года в Сан-Франциско перед открытием церемонии вручения премии «Уильяма Аллана», учрежденной Американским обществом генетики человека, Жером понимает: подавляющее большинство американских генетиков убеждены, что «ради милосердия» нужно обнаружить детей с синдромом Дауна еще в утробе матери, чтобы их уничтожить. Кажется, его коллеги собираются вручить ему эту престижную премию только за то, что он способствовал этому обнаружению, а значит – уничтожению. Жером шатается от ужаса. Перед ним выбор: лгать и делать карьеру, или говорить правду и дать себя распять. Он выбирает распятие. Он знает, что слова, которые он будет произносить сейчас, его коллеги их услышат, ведь это слова генетика, обосновывающего свои выводы не на религии или моральной философии, а на естественной науке. Жером знает, что они – его коллеги – никогда ему не простят того, что уже не смогут вечно обманывать себя и вечно успокаивать свою совесть. Он знает, что с почестями, с вознаграждениями, с Нобелевской премией – покончено! Жером открывает свои уста: «Современная генетика доказывает, что в тот самый момент, когда яйцеклетка оплодотворяется сперматозоидом, вся генетическая информация, определяющая будущего индивида, уже целиком вписана в первую клетку. Никакая новая информация не поступает в яйцеклетку ни на одной стадии после ее оплодотворения. Таким образом, генетическая наука утверждает, что человеческое существо не было бы человеческим, если бы не было уже зачато именно как таковое. Совершить аборт – значит убить полноценного человека».

Утверждая научную истину и проистекающую из нее истину нравственную, Лежен шел против революционного, вседозволяющего духа 1968 года. Он больше не получал приглашений на международные конференции по генетике. Ему было отказано в финансировании его исследований. Ему пришлось расформировать свою лабораторию и распустить исследовательскую группу. Таким образом, человек в расцвете сил, который в 38 лет стал самым молодым профессором медицины во Франции и заведовал первой в стране кафедрой по фундаментальной генетике, перед которым открывалось блестящее будущее, полное почестей, признания и власти, оказался без сотрудников, финансирования, и даже без кабинета. Его оставили друзья, его травила пресса, он фактически стал изгоем. Его дочь Клара вспоминает, как она, по пути в школу, проходила мимо университета, где работал ее отец. Стены были замараны огромными черными буквами: «Дрожи, Лежен, революционное студенческое движение не спит!.. Убить Лежена!.. Смерть Лежену и его уродцам (т.е. детям с синдромом Дауна)!». На встречах со студентами он нередко подвергался физическим нападениям.

Лежен не отступал. Он держался курса, не лишившись покоя и радости. Он умер в пасхальное воскресенье 1994 года, после короткой, но мучительной агонии, начавшейся в Страстную среду.

Жером Лежен – пример выносливости в науке.

Лидеры не лишаются внутреннего покоя, когда общественность отвергает их вплоть до поношения, злословия и клеветы. Эскриву называли масоном, еретиком, коммунистом и фашистом за то, что организация, им основанная, была непохожа ни на что существующее. Шумана называли «фрицем» за то, что он протянул оливковую ветвь традиционному врагу Франции. Солженицына называли русским аятоллой, поскольку он выступал за русское национальное возрождение, основанное на христианских принципах.

Стойкость перед лицом фанатичного сопротивления правде порождает мир в сердце, да и закономерную гордость за то, что ты боролся за правое дело. Когда Томас Мор ожидал казни, его душевный покой и веселое настроение потрясали окружающих.

Я имел удовольствие и честь лично встречаться с Жеромом Леженом и Александром Солженицыным. В них я не видел ненависти, горечи, обиды. Я видел только душевный мир и радость. Я никогда не забуду заразительный энтузиазм Солженицына и изумительное спокойствие Лежена. Он говорил: «Я не борюсь с людьми, борюсь с ложными представлениями». Когда осуждаешь грех, а не грешника – не чувствуешь обиды и не лишаешься покоя.

Смелость: способность рисковать

Лидеры проявляют стойкость перед лицом зла, но не колеблются уничтожить его при первой возможности. Они смелы и отважны, они не боятся активного действия.

Лидеры умеют рисковать. «Дайте волю воображению, – говорит Франсуа Мишлен, крупный бизнесмен 20-го века, – и поощряйте рискованные действия»[2]. В 1990 году Франсуа принял смелое решение купить компанию БФ Гудрич, первый американский производитель автопокрышек, хотя большинство членов правления выступило против этого слишком рискованного, по их мнению, решения. В результате этой весьма тяжелой с финансовой точки зрения операции Мишлену не хватало средств, чтобы в течение несколько лет выплачивать зарплаты своим сотрудникам. Франсуа Мишлен не унывал: он обратился за помощью к своим друзьям банкирам. Они доверяли ему и одолжили необходимые деньги. Франсуа принял рискованное, но верное решение: поступи он иначе, компания Мишлен, по мнению экспертов, давно бы переставала существовать.

Немногие ценят огромный творческий порыв, необходимый для того, чтобы начать и развивать серьезный бизнес. Но обычно крупные бизнесмены – люди большого таланта, способные идти на риск и действовать решительно.

У Герба Келлехера, соучредителя и бывшего генерального директора авиакомпании Саутвест Эйрлайнз, была мечта: сделать авиаперелеты доступными для всех, дать простым людям шанс побывать там, где они раньше не были, дать им возможность испытать то, о чем раньше не могли и мечтать. Но вот в 1971 году в Техасе существовали авиакомпании, обладающие монопольными правами. Эти монопольные права Келлехер сознательно и смело решил уничтожить на благо пассажиров. Взбешенные монополисты подали 31 иск против него в течение 4 лет в попытке препятствовать конкуренции. Келлехер не отступал. Он держался курса и после террористических актов 11 сентября 2001 года: он жертвовал прибыльностью, но не стал увольнять сотрудников или сокращать зарплаты, как это делали многие другие уважаемые компании. Келлехер – хороший пример смелости и выносливости в бизнесе.

Лидеры реализуют свои мечты посредством упорной работы, а не посредством ослепительных слов или жестов. Они приводят свои проекты к должному завершению, заботясь о деталях. Их упорство – не ослиное упрямство, а принципиальная непоколебимость.

[1] J. Pieper, Fortitude and Temperance. New York: Pantheon Books, 1954, pp. 18–19.

[2] See J. Couretas, “Philosopher on the Factory Floor: The Sacramental Entrepreneurship of François Michelin”. Acton Institute for the Study of Religion and Liberty, on-line commentary (www.acton.org), May 14, 2003.

От автора

Июль 3, 2016/от Alexandre

Введение: Лидерство – это характер

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть I. Величие и служение. Глава 1. Великодушие: Устремленность к великому

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть I. Глава 2. Смирение: Преданность служению

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть I. Глава 3. Просто сказать «нет»

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть II. Практическая мудрость и сила воли. Глава 1. Благоразумие: Принимать верные решения

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть II. Глава 2. Мужество: Держаться избранного курса

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть II. Глава 3. Самообладание: Господство духа и сердца

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть II. Глава 4. Справедливость: Коммуникабельность и взаимодействие

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть III. Лидерами не рождаются, ими становятся. Глава 1. Аретология: Наука о добродетелях

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть III. Глава 2. Мы – то, что привычно делаем

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть III. Глава 3. Единство добродетелей

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть III. Глава 4. Лидеры ума, воли и сердца

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть IV. Лидерство и самореализация. Глава 1. Нравственный облик лидера

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть IV. Глава 2. Добродетель и самореализация

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть IV. Глава 3. Ловушки нормативной этики

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть V. К победе. Глава 1. Воздействие христианской жизни

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть V. Глава 2. Практические шаги

Июль 3, 2016/от Alexandre

Эпилог

Июль 2, 2016/от Alexandre