Часть II. Практическая мудрость и сила воли

Глава 2. Мужество: Держаться избранного курса

За твое умение держаться определенной линии поведения и быть предсказуемым в отношении того, во что ты веришь, – тебя не всегда будут любить люди.
Но в этом суть доверия и эффективного лидерства.
Уоррен Беннис

Как мы видели выше, в процессе принятия решений мужество играет огромную роль: оно позволяет лидерам уважать реальность, преодолевать страх ошибиться, быстро исполнять свои решения и не отступать, когда на пути к цели возникают препятствия.

Но мужество нужно всегда и во всем, а не только в практике благоразумия. 

Самопожертвование ради справедливых целей

Мужество – не бесстрашие. Лучшие и самые отважные солдаты перед битвой испытывают страх. Иисус Христос испытывал такой ужас перед надвигающейся пыткой и казнью, что покрывался кровавым потом.

Иногда бесстрашие – результат неверной оценки реальности: мы не боимся потому, что не понимаем опасности. В таком случае опасна не только ситуация, но и мы сами.

Бесстрашие может быть еще результатом нездорового аскетизма, подавляющего всякие эмоции, в том числе страх. Но подавлять страх – то же самое, что и подавлять мужество.

Мужество – это самопожертвование ради справедливых целей при использовании справедливых средств. Справедливые цели и средства – это цели и средства, совместимые с принципами человеческой природы и достоинства человеческой личности. Террорист может пожертвовать собой за «идею» или «идеологию», но это не делает его мужественным. «Бес» (Маргарет Сэнгер, Владимир Ленин, Адольф Гитлер, и т.п…) может быть энергичным (может уничтожить десятки миллионов людей), но он не может быть мужественным: его цели и его средства безнравственны. Многие люди просто восторгаются мощью некоторых бесовских начинаний. Им нравится сила, которую они порождают. Но эта сила – не мужество и не смелость, а чистое насилие, плод ненависти и злобы.

«Ни трудность, ни усилие не порождают добродетель, – пишет Пипер, – ее порождает лишь добро. Мужество, следовательно, указывает на нечто более важное… Благоразумие и справедливость предшествуют мужеству… Только тот, кто справедлив и благоразумен, может быть мужественным»[1].

Недостаточно действовать по совести. Многие террористы действуют по совести. Мужество начинается тогда, когда мы воспитываем свою совесть посредством искренних и систематических поисков истины.

Сущность мужества – выносливость

Для многих людей мужество – это в первую очередь смелость и отвага. На самом деле сущность мужества – это стойкость, выносливость, верность, терпение. В стойкости проявляется самая сокровенная сила человека. Тяжелее сидеть несколько дней подряд в холодном сыром окопе, чем идти в атаку c барабанным боем и развевающимися знаменами.

Настоявший лидер вынослив и последователен. Он не поступает безнравственно, оправдывая свою безнравственность всеобщей безнравственностью. «Все так делают» для лидера не аргумент и не оправдание.

Верный своей совести, сэр Томас Мор, великий гуманист и лорд-канцлер короля Генриха VIII, отказался принести присягу, признававшую Генриха самопровозглашенным главой основанной им новой английской Церкви. Мор был обезглавлен. Хотя с ним жестоко обращались во время его пятнадцатимесячного заточения в лондонском Тауэре и несмотря на отчужденное отношение со стороны короля, епископов Англии, большинства друзей и всей его семьи (в том числе любимой дочери Маргарет), сэр Томас остался верен своим убеждениям.

Одиннадцать покушений на жизнь Петра Столыпина не остановили его в усилиях по реформированию российского крестьянства. Он остался верен своей совести, своей миссии и своему народу.

Спустя несколько часов после того, как бомба террориста разорвалась во время приема в его доме, убив 27 человек и тяжело ранив 32, в том числе двоих его детей, Столыпин, хотя он едва пришел в себя после взрыва, отправился в свой кабинет, чтобы ночью поработать над проектом реформы. Россия была на грани катастрофы, и он понимал, что его долг как главы правительства заключался в том, чтобы продвигать всеобъемлющую реформу русской жизни.

Для Столыпина благо нации перевешивало его личную скорбь: в результате террористического акта его четырнадцатилетняя дочь Наташа осталась на всю жизнь инвалидом. Он знал, что единственный способ уберечь себя и семью – это уход в отставку, но не намеревался идти на уступки террористам. Он написал в своем завещании: «Похороните меня там, где меня убьют».

Александр Солженицын – потрясающий пример выносливости. Он решительно свидетельствовал в пользу истины в условиях тоталитарного режима, поклявшегося уничтожить его. Первый писатель нации, он пережил заключение и вынужденное изгнание из своего отечества.

Репутация Солженицына была высока дома и за границей, пока он ограничивался критикой Сталина, как, например, в ранней работе «Один день Ивана Денисовича». Хрущеву эта книга понравилась, он же вел кампанию против культа личности Сталина. Книга понравилась и западным интеллектуалам, которые восхищались Октябрьской революцией, но считали, что Сталин предал ее. В своих последующих трудах Солженицын ясно показал, что он не принимает не только Сталина, но и Ленина, и Октябрьскую революцию. Он отвергал даже Февральскую революцию. И он, не колеблясь, написал открытое письмо советскому руководству, выражая свои неортодоксальные взгляды. В результате он подвергся гонениям не только со стороны советского режима, но и со стороны легионов западных интеллектуалов – многих из его былых приверженцев, которые симпатизировали делу революции и ее безбожным целям. Когда Солженицын оказался в фактической ссылке на Западе, он встретился сначала с непониманием, а потом с ненавистью за отказ следовать господствующим в либеральном мире материалистическим трендам и лозунгам. Растущая армия его очернителей, неспособных принять правомочность мировоззрения, противоположного своему собственному, вскоре объявила его врагом всякой свободы и прогресса. К либеральной, как и к социалистической критике, Солженицын остался совершенно безразличен.

В течение последних тридцати лет спор об абортах дал миру многих мужественных лидеров, которые терпеливо и с замечательной стойкостью отказывались подчиниться тенденциям времени.

Жером Лежен был образцом мужества. Открыв причину синдрома Дауна, он стал всемирно известен, был номинирован на Нобелевскую премию. Его открытие поддержало надежду на лечение серьезной болезни и наметило совершенно новые пути в области генетики. В 1970-х годах с трибуны конференции Национальных институтов здоровья, зависящих от правительства США, он бесстрашно говорил: «Жизнь – не желание, а факт… Здесь мы видим институт здравоохранения, превращающийся в институт смерти». Высказав правду без компромиссов, Лежен признался своей жене: «Сегодня я потерял мою Нобелевскую премию». Утверждая научную истину и проистекающую из нее истину нравственную, Лежен шел против духа времени – революционного духа мая 1968 года. Атмосфера, в которой он оказался, быстро стала ядовитой. Его дочь Клара вспоминает, как она, по пути в школу, проходила мимо университета, где работал ее отец. Стены были замараны огромными черными буквами: «Дрожи, Лежен, революционное студенческое движение не спит!.. Убить Лежена!… Лежен и его уродцы (т.е. дети с синдромом Дауна) должны умереть!». На встречах со студентами он подвергался словесным, а иногда и физическим нападениям. Он больше не получал приглашений на международные конференции по генетике. Ему было отказано в финансировании его исследований. Ему пришлось расформировать свою лабораторию и распустить исследовательскую группу. Таким образом, человек в расцвете сил, который в 38 лет стал самым молодым профессором медицины во Франции и заведовал первой в стране кафедрой по фундаментальной генетике, перед которым открывалось блестящее будущее, полное почестей, признания и власти, оказался без сотрудников, финансирования, и даже без кабинета. Его оставили друзья, его травила пресса, он фактически стал изгоем. Лежен не отступал. Он держался курса, не лишившись покоя и радости. Он умер в пасхальное воскресенье 1994 г., после короткой, но мучительной агонии, начавшейся в Страстную среду.

Мать Тереза Калькуттская, одна из величайших религиозных лидеров ХХ века, также мужественно шла против тенденций своего времени. В речи по случаю вручения ей Нобелевской премии в 1979 г. она связала свою деятельность в защиту нерожденных детей с делом мира: «Я чувствую, что самый большой фактор, уничтожающий мир сегодня, – это аборт, поскольку это необъявленная война, убийство, совершаемое самой матерью. Ибо если мать может убить свое собственное дитя, то что остановит меня от того, чтобы убить вас, или вас от того, чтобы убить меня?»

Президент Рональд Рейган бесстрашно высказывался против абортов, хотя его помощники предупреждали, что это повредит ему в глазах общественного мнения. Ни один политик ХХ века не говорил так откровенно о праве на жизнь. Его знаменитая речь от 8 марта 1984 г., в которой он обличал коммунизм, больше касалась абортов, чем коммунизма: «Законодательство в сфере человеческой жизни, завершающее эту трагедию, однажды пройдет через Конгресс, но до того момента я не успокоюсь. Если нет доказательств того, что ребенок в утробе матери – это не живой человек, нужно защищать его право на жизнь, свободу и стремление к счастью. Вспомните: когда был дан ход законопроекту о легализации абортов, многие предупреждали, что эта практика приведет к потере уважения к человеческой жизни, и философские предпосылки, используемые для оправдания абортов, в конце концов станут применяться для оправдания других покушений на человеческую жизнь, в том числе для оправдания убийства детей и эвтаназии. К сожалению, эти предупреждения оказались правдой».

Лидеры не теряют мужества, когда общественность отвергает их вплоть до поношения. Рональда Рейгана называли приветливым болваном и поджигателем войны. Хосемарию Эскриву называли еретиком, коммунистом, фашистом, а основанную им организацию – мафиозной сектой. Многие соотечественники называли Робера Шумана «фрицем» за то, что он протянул оливковую ветвь традиционному врагу Франции – Германии. Иоанна Павла II называли убийцей за то, что он отказывался поддержать использование презервативов – самый эффективный, по мнению представителей определенных идеологических течений и многих коммерческих компаний, способ препятствовать распространению СПИДа. Солженицына называли нетерпимым русским аятоллой и закоренелым теократом, поскольку он выступал за русское национальное возрождение, основанное на христианских принципах.

Стойкость перед лицом фанатичного сопротивления правде порождает мир в сердце, да и закономерную гордость за то, что ты боролся за правое дело. Когда Томас Мор ожидал казни, его душевный покой и веселое настроение потрясали окружающих.

Я имел удовольствие и честь лично встречаться с Иоанном Павлом II, Жеромом Леженом и Александром Солженицыным. В них я не видел ненависти, горечи, обиды. Я видел только мир и радость. Я никогда не забуду позитивное отношение Солженицына к жизни, его энергию и заразительный энтузиазм. Помню изумительное спокойствие Лежена. Он говорил: «Я не борюсь с людьми, я борюсь с ложными идеями». Когда осуждаешь грех, а не грешника – не чувствуешь обиды и не лишаешься покоя.

Смелость и настойчивость

Лидеры проявляют стойкость и терпение перед лицом зла, но не колеблются уничтожить его при первой возможности. Они смелы и отважны, они не боятся активного действия.

Лидеры умеют рисковать. «Дайте волю воображению, – говорит Франсуа Мишлен, – и поощряйте рискованные действия, доходя до предела, чтобы увидеть, что произойдет»[2].

Немногие ценят огромный творческий порыв, необходимый для того, чтобы начать бизнес с самого начала. Когда дело уже налажено, легко думать, что кто угодно мог бы это сделать. Но те, кто преуспевает в создании и развитии крупных организаций, редко бывают «кем угодно». Обычно это люди твердого характера и большого таланта, способные идти на риск и действовать решительно.

Лидеры настойчивы. Они приводят свои проекты к должному завершению, заботясь о деталях. Их упорство – не ослиное упрямство, а принципиальная непоколебимость.

Эскрива упорно продолжал свою апостольскую деятельность в годы гражданской войны в Испании – во время, когда церкви поджигались, а священников арестовывали, подвергали пыткам и убивали. Робер Шуман упорно пытался убедить политиков любой масти, одного за другим, день за днем, в необходимости полностью интегрированной Европы. Он не отступал перед лицом неудач.

Лидеры реализуют свои мечты посредством упорной работы, а не посредством ослепительных слов или жестов.

[1] J. Pieper, Fortitude and Temperance. New York: Pantheon Books, 1954, pp. 18–19.

[2] See J. Couretas, op. cit.

От автора

Июль 3, 2016/от Alexandre

Введение: Лидерство – это характер

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть I. Величие и служение. Глава 1. Великодушие: Устремленность к великому

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть I. Глава 2. Смирение: Преданность служению

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть I. Глава 3. Просто сказать «нет»

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть II. Практическая мудрость и сила воли. Глава 1. Благоразумие: Принимать верные решения

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть II. Глава 2. Мужество: Держаться избранного курса

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть II. Глава 3. Самообладание: Господство духа и сердца

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть II. Глава 4. Справедливость: Коммуникабельность и взаимодействие

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть III. Лидерами не рождаются, ими становятся. Глава 1. Аретология: Наука о добродетелях

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть III. Глава 2. Мы – то, что привычно делаем

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть III. Глава 3. Единство добродетелей

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть III. Глава 4. Лидеры ума, воли и сердца

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть IV. Лидерство и самореализация. Глава 1. Нравственный облик лидера

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть IV. Глава 2. Добродетель и самореализация

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть IV. Глава 3. Ловушки нормативной этики

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть V. К победе. Глава 1. Воздействие христианской жизни

Июль 3, 2016/от Alexandre

Часть V. Глава 2. Практические шаги

Июль 3, 2016/от Alexandre

Эпилог

Июль 2, 2016/от Alexandre