Рационализм Рене Декарта (1596-1650)

Александр Дианин-Хавард

Декарт был младшим, третьим сыном в семье. Мать скончалась, когда Рене был всего год от роду. Отец был советником парламента Бретани в городе Ренн и редко встречался со своими детьми. Воспитанием мальчика занималась бабушка по материнской линии.

В детстве Рене отличался невероятной любознательностью. Начальное и среднее образование он получил в престижном иезуитском коллеже Ла Флеш, где познакомился с современной математикой.

В 20-летнем возрасте Декарт закончил коллеж, некоторое время изучал право в Пуатье, а затем поступил на военную службу – сначала в Голландии, потом в Германии.

Однажды, в Баварии, Декарт замёрз так сильно, что утром залез прямо в печь и просидел там весь день в размышлениях. Именно тогда к нему пришло видение, которое он описывает в «Рассуждении о методе» – математическая картина мира. Декарт сделал вывод, что законы вселенной можно вывести с помощью неких универсальных математических выкладок.

В 1621 году он ушёл из армии, какое-то время прожил в Италии, а затем, в 1625 году, обосновался в Париже. В 1628 году он присоединился к армии Ришельё, осаждавшей город Ла Рошель – крепость гугенотов.

Позже он поселился в Голландии, где надеялся избежать преследования (он разделял взгляды Галилея, осуждённого Инквизицией в 1633 году). Голландия не оказалась, как он думал, страной свободы: он стал объектом нападок и со стороны протестантских фанатиков. Его защищали французский посол и принц Оранский.

20 лет Декарт провёл в уединённых научных занятиях. Он вёл обширную переписку с лучшими учёными Европы, изучал самые различные науки – от медицины до метеорологии.

В 1635 году от служанки у Декарта родилась незаконная дочь Франсина. Прожила она всего 5 лет – умерла от скарлатины.

В 1637 году появляется его книга «Рассуждение о методе». На тот момент Декарту 41 год.

Через Шаню, французского посла в Стокгольме, он вступает в переписку с королевой Кристиной Шведской, смелой и учёной дамой. Она пригласила его к своему двору и в сентябре 1649 года послала за ним военный корабль. Позже выяснилось, что она хотела брать у Декарта ежедневные уроки, но не могла найти свободного времени, кроме как в 5 часов утра. Этот непривычный ранний подъём в холодную скандинавскую зиму был отнюдь не самым приятным для него занятием. Ко всеми прочему, Декарт ухаживал за Шаню, который в то время тяжело болел.

Философ умирает в феврале 1650 года.

Декарт – крупный учёный, основоположник не экспериментальной физики (тут Паскаль его превосходит), а всего теоретического естествознания Нового времени. Он настоящий гений аналитики, хотя порой делает сомнительные открытия. Он был убеждён, например, что человеческая душа помещается в шишковидной железе. Там, по его мнению, душа вступает в контакт с «жизненными духами», и посредством этого контакта осуществляется взаимодействие между душой и телом…

Декарт – основоположник философии Нового времени.

ЖАЖДА МАТЕМАТИЧЕСКОЙ ДОСТОВЕРНОСТИ ПОЗНАНИЯ

Лютер очень страдал от того, что он, грешник, не был уверен в своём спасении. Он создал систему, отменяющую любое сомнение: «Я спасён, если верую, что Христос – мой спаситель. Не важны мои грехи – сколько их и какие они».

Декарт тоже хотел уверенности – не в сфере спасения, как Лютер, а в сфере познания. Он жаждал достоверности познания, притом достоверности математической.

Стремление к достоверности познания разумно (нельзя верить во что угодно), но стремление к достоверности исключительно математической безумно. Человек – не робот и не компьютер. В нём еще есть сердце. «Сердцем, – пишет Паскаль, – мы постигаем первые начала (…). Знание первых начал – пространство, время, движение, число – прочно (…). Первые начала чувствуются, теоремы доказываются, то и другое с достоверностью, хотя и разными путями».[1]

Декарт сомневается в реальности первых начал. Интуиция бытия чужда ему. Для него сердце бесполезно как инструмент познания. Декарт – редукционист. Чистый математический подход успешно работает в математике, но совсем не в философии.

МЕТОД «ЯСНЫХ И ОТЧЕТЛИВЫХ ИДЕЙ»

Декарт убеждён, что человек есть ангел в животном теле.

Ангелы познают не чувствами, не через материальный мир, а посредством врождённых идей, исходящих от Бога. Познание ангелов не связано с материальным миром, оно вложено в них Богом от начала. Ангелы познают сотворённые вещи непосредственно, прямо в свете сотворения. Ангелы познают по наитию, интуитивно. Они не рассуждают, а видят.

Декарт перестраивает человеческий разум по ангельскому образцу: интеллект не рассуждает, а видит реальность, непосредственно охватывает ее.

По мнению Декарта, мы познаём истину посредством метода «ясных и отчётливых идей». Ясно и отчётливо то, что очевидно. «Ясным я именую то, что с очевидностью раскрывается внимающему уму, подобно тому, как мы говорим, что ясно видим предметы, которые достаточно заметны для нашего взора и воздействуют на наш глаз».[2]

Только то, что математически очевидно – истинно. Есть идеи, очевидные сами по себе. Эти-то идеи и есть материал науки. Все остальные идеи должны быть сведены к ним или исключены. Этот мир совершенно проницаем для нашего человеческого взгляда, поскольку он всего лишь геометрическая протяжённость, целиком подчинённая нашему разуму.

«ЧУВСТВА НАС ОБМАНЫВАЮТ»

По Декарту тело и чувства не нужны в процессе приобретения идей. Картезианские идеи исходят от Бога, а не от материального мира – так же, как идеи ангелов.

По Декарту ошибочно считать, что идеи (восприятия) исходят из вещей. Люди склонны верить, что посторонняя вещь запечатлевает во них свой образ, но это только вера, а не доказательство. «Чувства часто нас обманывают», – говорит Декарт. То, что я своими органами чувств вижу воск, достоверно говорит о моем собственном существовании, но не о существовании воска. Познание внешних вещей должно осуществляться умом, а не чувствами.

Телесность в деле познания отменяется. Декарт не понимает, что человек познаёт интеллектом и чувствами совместно. Только ангел в силах познавать одним интеллектом.

Декарт перевернул весь порядок человеческого познания. Рационализм – настоящее безумие, поскольку нет в человеческом разуме ничего, что не происходило бы от материального мира.

Кант исправит дело Декарта. Он, грубо говоря, скажет французскому философу: «Ты прав, Рене, когда говоришь, что чувства бесполезны в процессе познания, но ты заблуждаешься, когда утверждаешь, что человек – как ангел – знает вещи по наитию. Человек ничего не знает, ни чувственно (через тело), ни по наитию (через дух). Мыслящий интеллект познаёт лишь саму мысль или свои представления, а вот вещь, стоящая за этими представлениями, познать невозможно».

Декарт закрыл традиционный путь познания и открыл новый, но этот новый путь оказался неверным. У Канта «Методическое сомнение» обернулось сплошным агностицизмом.

«Я МЫСЛЮ, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, Я СУЩЕСТВУЮ»

У меня может не быть тела, – думает Декарт, – оно может быть иллюзией. Но с мыслью дело обстоит иначе: «В то время как я готов мыслить, что всё ложно, необходимо, чтобы я, который это мыслит, был чем-нибудь; заметив, что истина “я мыслю, следовательно, я существую” столь прочна и столь достоверна, что самые причудливые предположения скептиков неспособны её поколебать, я рассудил, что могу без опасения принять её за первый искомый мною принцип философии».[3]

Мое существование доказано тем, что я мыслю. Следовательно, я существую тогда, когда я мыслю, и только тогда. Если бы я перестал мыслить, исчезли бы доказательства моего существования. Моя сущность – это мое мышление.

По Декарту бытие находится в прямой зависимости от мышления. По словам Канта Декарт совершил «коперниканскую революцию» в сфере философии: если раньше центром философии был космос (бытие), сейчас им стал субъект (мышление).

Сделав «cogito» («Я мыслю») отправной точкой философии, Декарт запустил процесс, в котором запредельные реальности (Бог, Бытие, Благо, Красота) превращаются в «продукты» мышления. Своим мышлением человек производит бога – того, что пребывает в его мышлении. Этот бог – он сам!

Перенеся человека в центр, Декарт отменил Бога, ведь периферийный Бог – не Бог, а продукт человеческого сознания и мышления. Фор­му­ле Де­кар­та «Cogito, ergo sum… мыс­лю, сле­до­ва­тель­но, су­ще­ст­вую» нужно про­ти­во­постав­ить формулу Франца Баадера «Cogitor, ergo sum… меня мыслит Бог, сле­до­ва­тель­но, суще­ст­вую». Для немецкого философа конца XVIII века Бо­г есть цен­тр, человек – периферия. Таков рациональный порядок вещей.

Во времена Декарта реалистическая, объективная философия древних греков и европейского средневековья, несомненно, нуждалась в обновлении, но вместо обновления получилось её полное уничтожение. До Декарта человек стремился понять свое Богом назначенное место во Вселенной; после Декарта человек «творит» свою собственную Вселенную. Декарт стоит у философских истоков миросозерцания, в котором человек (мыслящий субъект) есть источник и центр всего сущего. Вот почти вся европейская философия после Декарта.

ЖИТЬ ПО ДЕКАРТУ

Декарт создал новый тип человека – рационалиста. Рационалист серьёзно интересуется лишь тем, что можно математически доказать. Для него главный вопрос в жизни: что я могу знать с математической достоверностью?

Рационалистом движет любопытство. Его познания не трогают, не волнуют, не умиляют его. Он не отвечает на них ни радостью, ни грустью, ни сочувствием, ни любовью. Он интеллектуально анализирует реальность, но не приобщается к ней.

Интеллектуальный анализ – вот цель! Но он настолько дистанцируется от объекта своего анализа, что неспособен проникнуть в него, а следовательно и познать. У рационалиста нет сердца, он ограничен и «частичен». Подлинное познание – не холодное познание интеллекта, а сердечное и радостное общение с объектом познания, искренняя встреча с ним.

Рационалисту надо говорить: «Дай Богу, благу, красоте и величию захватить тебя. Не пытайся низвести к твоему убогому разумению реальности, тебя превосходящие. Позволь себе восхищаться тем, что больше и выше тебя. Перестань считать себя мерой всех вещей. Не старайся овладеть высшей реальностью: дай ей овладеть тобой. Ты постигнешь ее только тогда, когда она охватит тебя всего».

___________________________

[1] Б. Паскаль, Мысли.

[2] Р. Декарт, Первоначала, ч. 1, п. 45.

[3] Р. Декарт, Рассуждение о методе.